Залом

Залом — беда грубой мастерской: он пьёт муть и натягивается, а брошенный прорывается Разломом до самого Застылья. Распутайте его Багром — он отдаст застрявшее, Стылые крупицы, Нить залома и осколки течений своего места, а туго закрученный — и редкую Сердцевину залома. Где муть оседает, а ток всё берут и берут, течению некуда деться: оно перекручивается, как мокрое полотно в руках прачки, и рвётся по сгибу. В разрыве видна изнанка тока — тёмная глубь, куда утекают нити течений.

МутьУзы

Залом пьёт муть своего куска земли и с каждым глотком перекручивается на виток туже — и длиннее. Он тянет к шву брошенные вещи и сыпучее: песок, гравий, листву; всё застревает в складке и видно в ней. Кто коснётся шва, того стиснет. Без мути Залом сохнет и осыпается илом.

Натяжение Залома растёт само; Запруда рядом его гасит. Лупа покажет натяжение и витки. Натянутый шов зияет шире, мечется и горит пунцовым; он выпускает Мутных огоньков, мутит округу, а на пределе, брошенный дольше минуты, прорывается — до самого дна, где лежит Застылье. Не ждите.

Живой Залом мешает работать задолго до прорыва. В восьми блоках от шва устройства сбоят: Верстак тока, Тигель и Проводник берут ток дороже — до четверти сверх, тем больше, чем туже натяжение, — и порой дают осечку. Ток этого куска земли и соседних рябит, так что пороги «не ниже трёх четвертей русла» становятся ненадёжны; кто стоит у шва, того берёт Рябь. Натянутый — 60 и выше — тянет ток своего куска земли в перекрут: мастерская сохнет раньше, чем откроется Разлом. Лупа пишет это под натяжением, а распутанный Багром отдаёт утянутый ток назад.